Юридический рынок после кризиса

Юридический рынок после кризиса

Новые правила игры. Основные тренды юридического рынка в период кризиса

Сегодня экономическая ситуация диктует нам новые правила игры, но жизнь не стоит на месте, и компании продолжают набирать сотрудников. Кто востребован в сегодняшних условиях? Как стать тем самым идеальным кандидатом, за которого бьются работодатели несмотря ни на что?

Сегодня экономическая ситуация диктует нам новые правила игры, но жизнь не стоит на месте, и компании продолжают набирать сотрудников. Кто востребован в сегодняшних условиях? Как стать тем самым идеальным кандидатом, за которого бьются работодатели несмотря ни на что?

Мэйнстрим

Для создания более эффективной стратегии поиска работы сегодня необходимо учитывать основные тенденции на юридическом и кадровом рынках. Главный тренд состоит в том, что рынок юридических услуг замедлился в своем развитии. Аналогично события складываются у юристов в крупных инвестиционных и IPO проектах. С другой стороны, в связи с массовыми увольнениями увеличилось количество судебных разбирательств и юристы нужны как никогда. Хотя в целом положение на рынке неоднородное. Если говорить о юристах в консалтинге, то здесь ситуация наименее приятная. У многих юридических фирм сильно сократилось количество работы, особенно в недвижимости и capital markets.

Если посмотреть на изменения, которые происходят на кадровом рынке, то сегодня работодатель диктует правила игры, ужесточились требования к кандидатам и несколько сократился уровень оплаты. Это связано с тем, что большое количество юридических фирм прекратило набор сотрудников.

Сейчас наиболее востребованные юридические услуги — это судебное представительство, взыскание долгов, налоговые споры, банкротство и трудовое право, проекты по реструктуризации бизнеса или долгов. В целом, компании стараются сохранить ценных сотрудников, обладающих ключевыми знаниями, лояльных бизнесу, готовых предлагать идеи для сохранения бизнеса и, при изменении ситуации в лучшую сторону, вывести компанию на новый уровень.

Идеальный юрист

Идеальным кандидатом для юридической фирмы можно считать не только профессионала в своей области, но и полноценного бизнес-партнера, готового привлечь дополнительный бизнес в компанию.

Несмотря на экономический кризис, основы юридической практики не изменились – в цене специалисты с дипломами именитых юридических ВУЗов и большим опытом работы. Что касается личностных характеристик, то в настоящее время востребованный кандидат – это позитивный, гибкий, с активной жизненной позицией специалист, который знает, как добиться результата. В цене не только такие профессиональные качества юристов, как компетентность и дипломатичность, но и ярко выраженная бизнес ориентированность.

Что касается in-house позиций – требуется не только высококвалифицированный профессионал, обладающий глубокими знаниями в различных областях права, но и менеджер-стратег, обладающий отличными лидерскими навыками и являющийся хорошим переговорщиком.

К основным требованиям в западных компаниях можно отнести:

· Высшее юридическое образование – МГУ, МГИМО, МГЮА

· Свободный уровень английского языка (письменного и устного), реже двух – (французского//немецкого)

· Безупречный деловой стиль,

· Углубленная специализация и практический опыт работы в нескольких областях права,

· Наличие международной квалификации (LL.M, LL.B, JD и т.д.)

Среди личных качеств можно выделить:

· Ориентация на результат

Для ILF (международных юридических фирм) необходим опыт работы в международном юридическом, либо крупном российском консалтинге.

Для in-house – (юристов в компании) – опыт работы на аналогичных должностях в западных компаниях.

Кейс №1

В крупную международную юридическую фирму требовался старший юрист практики недвижимости – Senior Associate, Real Estate Practice

Зарплатные ожидания 180000 – 220 000 RUR gross + bonuses + package

Основные требования работодателя:

· Высшее юридическое образование – МГУ, МГИМО, МГЮА

· Углубленные знания и практический опыт в сфере недвижимости, земельного и корпоративного права,

· Свободный устный и письменный английский язык

· Опыт — от 5-ти лет в международной юридической фирме или западной девелоперской компании

Характеристики успешного кандидата:

· МГЮА, юридический факультет с отличием

· Свободный английский язык

· 6 лет опыта работы в международных юридических фирмах

· Отличные коммуникативные навыки

Кейс №2

Для западного инвестиционного банка требовался руководитель юридического департамента. Зарплатные ожидания 250 — 300 000 rub gross.

Требования:

· Высшее юридическое образование

· Не менее 5 лет работы на руководящей позиции

· Не менее 2 лет работы в западном банке

· Свободный английский язык

· Менеджерские и лидерские качества

Характеристики успешного кандидата:

· МГУ, юридический факультет с отличием

· Свободный английский язык

· 8+ лет работы в западных банках

· 5 лет работы в должности руководителя юридического департамента

Несмотря на кризис, всегда есть возможность найти хорошую работу, главное — активнее рассматривать предложения и систематично подходить к процессу поиска, просто сейчас это займет больше времени.

Не стоит забывать, что финансовые вложения в образование всегда окупаются. Это утверждение справедливо в особенности для профессионального образования, например, магистратура по налоговому, экологическому, трудовому или торговому законодательству. Даже если ваша практика делает вас специалистом в какой-то области, ученая степень в той сфере имеет значение в построении вашей репутации.

Не ошибитесь с выбором области специализации – вы должны быть готовы посвятить свою долгую карьеру работе именно в этом секторе. Обязательно выберите программу, которая сведет вас с единомышленниками. Высококачественные программы LLM, к примеру, разработаны также и с тем, чтобы ее участники имели возможность налаживать контакты с важными людьми на рынке.

Инвестируйте в себя: если вы всегда хотели открыть собственную практику, то сейчас подходящее время. Имея за плечами опыт и знания, полученные в крупной фирме (возможно и некоторую сумму денег в запасе), Вы можете предложить качественные услуги по ценам ниже, чем у крупных компаний. Возможно, к вам перейдут клиенты, с которыми Вы работали, и у Вас сложились доверительные отношения. Кризис позволяет найти то, всегда недостающее время, необходимое для усовершенствования английского языка/ изучения дополнительных языков, либо собственной практики.

Срочный рынок: жизнь после кризиса

Переведя наконец дух и облегченно вздохнув после ипотечных американских горок, финансовое сообщество задумалось о судьбе одного из наиболее объемных и до недавнего времени самых динамичных сегментов мирового финансового рынка – рынка деривативов. Речь пойдет о финансовых инструментах, цены или условия которых базируются на соответствующих параметрах базового финансового инструмента.

Кризисная ситуация в экономике привела к существенному снижению в 2008 г. объема операций с производными финансовыми инструментами (ПФИ) как на мировом, так и на российском рынке. Однако в настоящее время в данной сфере вновь наблюдается оживление и ПФИ в целом продолжают быть востребованными, выполняя самые различные экономические функции: от управления рисками до хеджирования и спекуляции. Так, по данным Ассоциации по свопам и деривативам (ISDA), 94% фирм, входящих в число 500 крупнейших компаний мира (Fortune Global 500), используют для управления рисками тот или иной вид ПФИ.

Срочный рынок в России во многом повторяет общемировые тенденции: в 2009 г. активность его участников постепенно увеличивалась после резкого снижения во второй половине 2008 г. Несмотря на возрастающую динамику, российский рынок ПФИ по сравнению с рынками развитых стран крайне невелик по объему и набору инструментов. Он представлен фьючерсами и опционами на акции и валютными форвардами и фьючерсами. Послекризисное восстановление оборотов торгов на рынке биржевых деривативов было связано преимущественно с активизацией операций в сегменте фондовых деривативов, доля которых в суммарном объеме срочного биржевого рынка составила 80%.

Если за рубежом участники рынка ПФИ ломают голову над тем, как придать интеллигентный вид финансовым спекуляциям с инновационными деривативами (типа высокорисковых ипотечных облигаций или получивших дурную славу кредитных деривативов), то их российские коллеги пока заняты вопросами выработки правовых основ организации рынка ПФИ. Отсутствие соответствующей законодательной базы долгое время было одной из основных причин относительного отставания в развитии российского срочного рынка.

Существенным прорывом в российском законодательстве явилось принятие в конце 2009 г. поправок в Федеральный закон «О рынке ценных бумаг» и НК РФ. В Закон о рынке ценных бумаг наконец введено общее определение ПФИ, ранее содержащееся только в НК РФ для целей налогообложения и хеджирования.

В начале текущего года нормативно-правовая база рынка деривативов в России пополнилась еще одним важным документом – Приказом ФСФР, определяющим виды ПФИ, что существенно сократило правовые риски. Задача по установлению перечня видов ПФИ сознательно решена в рамках не нормативно-правового акта регулирующего органа, а федерального закона. Мировой финансовый рынок развивается порой гораздо быстрее национального законодательства, по­этому целесообразно обеспечить ФСФР возможность оперативного пополнения указанного перечня новыми инструментами.

Действующее налоговое законодательство также не всегда учитывает реалии динамично развивающегося финансового рынка, что не позволяет создать режим налогообложения операций с финансовыми инструментами срочных сделок, сопоставимый с аналогичными режимами, существующими в странах с развитой финансовой системой, и препятствует совершению операций с финансовыми инструментами. Для урегулирования этой проблемы были приняты поправки в НК РФ, совершенствующие систему налогообложения финансовых инструментов на срочном рынке. В частности, законопроект, внесенный Правительством РФ, предусматривал:

Читать еще:  Стратегии сокращения деятельности предприятия

возможность совершения операции с расчетными и поставочными ПФИ без взимания налога на добавленную стоимость до момента поставки;

исключение из налоговой базы по налогу на прибыль организаций операций с финансовыми инструментами, совершаемых клиринговыми организациями, обеспечивающими клиринг и расчеты по таким операциям;

пределение рыночной стоимости внебиржевых финансовых инструментов исходя из предельных отклонений цены сделки от расчетной цены, методика расчета которой будет устанавливаться федеральным органом исполнительной власти по рынку ценных бумаг;

закрепление одинакового режима налогообложения для биржевых и внебиржевых финансовых инструментов и обеспечение возможности отнесения на финансовый результат убытков от таких сделок вне зависимости от того, совершены операции в целях хеджирования или нет.

Предложенные изменения направлены на устранение очевидных недостатков режима налогообложения на финансовом рынке и стимулирование долгосрочных инвестиций.

Рост ликвидности и объема операций на российском внебиржевом рынке деривативов выявил необходимость единообразного регулирования срочных сделок на внутреннем рынке. Напомним, что контракты, торгующиеся на биржевых площадках, стандартные, в то время как соглашения на внебиржевом рынке заключаются в индивидуальном порядке и могут содержать самые разнообразные условия. Вместе с тем мировая практика показывает, что определенная степень стандартизации контрактов даже на внебиржевом рынке положительно влияет на его динамику, сокращая правовые риски.

В 2009 г. НАУФОР, Ассоциация российских банков и Национальная валютная ассоциация завершили разработку стандартной документации для срочных сделок на внебиржевых финансовых рынках. За основу была взята стандартная документация, разработанная Ассоциацией по свопам и деривативам (ISDA) и достаточно давно применяемая на мировых финансовых рынках. Ее содержание было адаптировано к российскому законодательству, в том числе с учетом отличий континентальной и прецедентной систем права. Выработка стандартной документации для оформления соглашений на внебиржевом срочном рынке должна способствовать формированию устойчивых обычаев делового оборота на российском рынке, уменьшить понятийные разночтения, снизить правовой риск и вероятность злоупот­реблений.

В совокупности упомянутые выше изменения правовой среды применения деривативов несут в себе потенциал очередной волны развития срочного рынка в России. В то же время многие правовые механизмы остаются не охваченными российской практикой. Речь идет, в частности, о ликвидационном неттинге.

В международной практике стандартизация документации по сделкам осуществляется с целью проведения ликвидационного неттинга. Суть этой процедуры состоит в следующем: контрагенты, как правило, заключают между собой не одну, а ряд взаимосвязанных сделок, образующих цельный рамочный договор. Частичное растор­жение рамочного договора, то есть расторжение одного или части индивидуальных соглашений, составляющих единый договор, не допускается. Стоимость позиций на срочном рынке постоянно меняется. Как следствие, меняется итоговый финансовый результат рамочного договора. Из-за отрицательной корреляции между различными инструментами и разнонаправленным движением котировок на рынке разных базовых активов величина нетто-позиции каждой из сторон соглашения может быть существенно меньше текущей стоимости отдельных соглашений. Неттинг применяется для определения такой нетто-позиции.

Этот механизм во многом схож с системой расчетов, производимых клиринговой палатой на биржевом рынке. Различие лишь в том, что при процедуре неттинга позиции компенсируются лишь с экономической точки зрения. С юридической же точки зрения позиции контрагентов продолжают быть открытыми.

Рассмотрим следующий пример.

Две компании, А и Б, заключили между собой две сделки с внебиржевыми производными инструментами. Компания А объявила о банкротстве до окончания срока этих сделок, что ведет к прекращению всех индивидуальных соглашений.

В отсутствие механизма ликвидационного неттинга конкурсный управляющий мог бы злоупотреблять правом выбора относительно того, какое индивидуальное соглашение исполнять, а какое прекратить.

Срочные сделки по определению предусматривают отложенное исполнение. В случае банкротства одной из сторон конкурсный управляющий вправе принять решение относительно ранее завершенных, но не исполненных на момент открытия конкурсного производства сделок. Так, в отношении деривативов, имеющих на момент банкротства положительную стоимость, управляющий принимает решение об их продолжении, ожидая поступления в конкурсную массу. В нашем примере конкурсный управляющий предложит про­дол­жить сделку 2, в соответствии с которой компания Б должна будет выплатить компании А 15 долл. В то же время он имеет право отказаться от всех сделок (сделка 1), которые, по его мнению, будут убыточными для конкурсной массы, то есть имеют отрицательную стоимость. Если посмотреть на складывающуюся ситуацию со стороны контрагента пред­приятия-банкрота, то становится очевидно, что существовавший ранее единый договор для него распадается на две составляющие.

По первой он обязан уплатить банкроту все закрепленные условиями индивидуальных соглашений суммы в полном объеме (15 долл.) в установленный срок, а по второй – лишается возможности требовать выплат от должника-банкрота и становится в длинную очередь среди других кредиторов компании А в надежде получить свои 10 долл. То есть рассчитываемое в обычной (до банкротства) ситуации нетто-требо­ва­ние по такому единому договору, вообще говоря, не отражает действительной ситуации с рисками и является необоснованно заниженным.

При условии ликвидационного неттинга определяется компенсационный платеж 15 долл. – 10 долл. = 5 долл. Соответственно обязательства компании Б сводятся к оплате лишь 5 долл. в пользу компании А. Совершенно очевидно, что благодаря ликвидационному неттингу кредитные риски компании Б существенно сократились.

Надзорные органы в странах с развитыми финансовыми рынками признают неттинг в качестве инструмента снижения системного риска, что выражается в снижении требований к регулируемому капиталу в банках, применяющих неттинг.

Для России такой механизм организации взаимоотношений на срочном внебиржевом рынке пока не опробован по причине его правовой неопределенности и необходимости специального регулирования в конкурсном праве. Соответствующая законодательная инициатива, направленная на устранение правовой неопределенности ликвидационного неттинга, была предложена еще в начале 2009 г., однако законопроект преодолел дистанцию пока только до первого чтения.

Марина Шахунян,
к. э. н., главный советник Аппарата Комитета Государственной Думы по финансовому рынку

Правила смены ориентиров

Черная полоса, наступившая в 2014 году для юррынка, в конце 2015-го уже кажется белой — примерно так оценивают правоведы перемены, произошедшие за текущий год. Официальных данных об объеме российского рынка юридических b2b-услуг не существует, но крупнейшие игроки оценили его в $0,7–1,1 млрд, а снижение по сравнению с прошлым годом — примерно в 15%.

Больше других пострадал от кризиса рынок независимого юридического консалтинга, деньги из которого прямиком попадают корпоративным юристам, или инхаусам. Эксперты полагают, что данная тенденция сохранится и в следующем году. Основная задача в этой сфере — сохранение бизнеса и клиентов.

К другим берегам

Помимо сжатия рынка консалтинга изменилось соотношение традиционных практик в компаниях. Если до кризиса значительное число юристов были заняты в секторе слияний и поглощений (M&A, mergers and acquisitions) и операциях с недвижимостью, то в 2015 году фокус сместился к судебной и антимонопольной практикам.

Однако и крупные игроки рынка, и средние юрфирмы cо штатом от 20 до 30 юристов сходятся в том, что перспективы не исчезли, а просто поменяли вектор. «В конце 2014 года стало очевидно смещение спроса на рынке юридических услуг, и мы постарались адекватно отреагировать на эти изменения, — комментирует ситуацию Сергей Пепеляев, управляющий партнер «Пепеляев групп». — В начале года мы выделили в отдельные практики банкротства и антикризисную защиту бизнеса, интерес к этим услугам сейчас очень высок».

«По нашим наблюдениям, в текущем году объемы рынка M&A сохранились на очень низком уровне, в целом сопоставимом с уровнем 2014 года. С начала лета, однако, мы наблюдаем некоторое оживление в этой сфере, но не до конца ясно, объясняется ли это эффективностью нашей работы в фирме или же общими улучшениями на рынке», — рассказывает Антон Ситников, партнер Goltsblat BLP. По его словам, сегодняшний рынок характеризуется фактически отсутствием новых иностранных инвесторов: сделки происходят главным образом между российскими компаниями, а также с участием госкомпаний.

Дел о банкротстве в этом году действительно стало значительно больше, подтверждает Игорь Дубов, партнер юридической группы «Яковлев и партнеры». Связано это с тем, что должники не исполняют обязательства по возврату кредитов, что вынуждает банки инициировать дела о банкротстве, поясняет он. Сыграло свою роль и решение об отзыве лицензий у ряда банков.

Похоже, что спрос на практику банкротств сохранится и в дальнейшем. «Дела о банкротстве, как правило, длятся годами, напоминает Антон Пуляев, заместитель председателя коллегии адвокатов «Де-Юре». Интересно, что по сравнению с кризисным 2008 годом бизнес не стремится получать активы посредством процедуры банкротства, обращает внимание Игорь Дубов: сегодня спрос на банкротные юрлица невелик, и здесь проблема скорее экономического, чем юридического характера.

Традиционные практики перераспределились в большинстве российских юридических компаний. «Нельзя сказать, что юридический бизнес сегодня испытывает действительно серьезные проблемы, однако доходность в определенных практиках существенно снизилась, — комментирует ситуацию Роман Скляр, управляющий партнер юридической фирмы «Интеллектуальный капитал». — Это такие практики, как недвижимость и строительство, корпоративное право, практика международных торговых отношений. Снижение доходности в практиках связано в первую очередь с уменьшением количества сделок по этим направлениям».

Читать еще:  Тонкости оформления пенсии

Кроме того, крупные компании стараются большую часть работы делать силами юристов-инхаусов — проекты, которые раньше передавались на аутсорсинг, теперь делаются за счет собственных департаментов, численность которых заметно выросла.

Кризис в банковской сфере также не мог не сказаться на соответствующей практике. Массовый отзыв лицензий привел к тому, что занятые в этой отрасли юристы ушли в другие области права или попросту превратились в «универсалов», отказавшись от узкой специализации и начав консультировать клиентов по самому широкому кругу вопросов.

Налоговый авангард

Зато у налоговых юристов работы только добавилось. В первую очередь благодаря административному давлению со стороны налоговиков, пытающихся всеми правдами и неправдами пополнить госбюджет. Тактика приносит плоды. По данным ФНС, российские фискалы в прошлом году принесли в казну дополнительно более 1 трлн руб., из которых 280 млрд руб. (27% общего прироста поступлений) появились благодаря «администрированию» — проверкам, расширению налоговой базы и т.д.

Последним нововведением стали поправки в Налоговый кодекс РФ, уже одобренные профильным комитетом Госдумы, которые обяжут компании раскрывать информацию о сумме уплаченных налогов, численности и доходе сотрудников, а также о доходах и расходах по данным бухгалтерской отчетности.

Партнер BGP Litigation Александр Голиков подтверждает, что дефицит бюджета власти пытаются покрыть в том числе через изменение практики рассмотрения налоговых споров и ужесточение налогового контроля.

Однако это общемировой тренд. Например, в Великобритании установлен принцип солидарной ответственности. Он заключается в том, что при выявлении в цепочке продавцов товара исчезнувшей фирмы-однодневки права на возмещение НДС лишаются все звенья — они обязаны заплатить налог и за пропавшего контрагента.

Выявление фирм-однодневок и случаев взаимоотношений с ними налогоплательщиков давно заботит и российских налоговых инспекторов. К слову, в последнее время они стали эффективнее обосновывать неправильную юридическую квалификацию совершенных сделок.

Это заставляет бизнес не просто оптимизировать сделки, но и использовать только легальные способы налогового планирования. А вот тут без квалифицированных юристов не обойтись никак.

Дополнительным фактором увеличения нагрузки на налоговых юристов стал вступивший в силу закон о контролируемых иностранных компаниях (КИК), обязывающий российских физических и юридических лиц платить налоги со своих иностранных структур. Отчитываться о КИК (доля владения — от 25%) и их прибыли предстоит в 2016 году, платить налоги необходимо с 2017 года, а до 15 июня 2015 года надо было подать в ФНС уведомления о своих долях (от 10% и выше) в иностранных компаниях. Подобные меры вынудили крупный бизнес не только поработать с отчетностью, но зачастую и ликвидировать зарубежные структуры.

Значительное увеличение нагрузки на практики не всегда ведет к росту доходов юристов. «Во-первых, при увеличении числа судебных дел суммы исковых требований стали ниже, чем раньше, потому что уменьшились и суммы сделок. Во-вторых, клиенты сейчас часто торгуются и в итоге добиваются существенного снижения стоимости юридической работы», — отмечает Роман Скляр.

Новая жизнь

За этот год пока не закрылся ни один российский офис транснациональных юрфирм, давно практикующих у нас в стране. Однако клиентская база «ильфов» (от англ. аббревиатуры ILF — international law firm) существенно изменилась.

«После введения санкций мы были вынуждены отказаться от нескольких клиентов и от ряда сделок, а где-то не смогли участвовать в тендерах по ряду проектов», — сетует Сергей Войтишкин, управляющий партнер офисов Baker & McKenzie в СНГ.

Из-за международных ограничений в практику таких компаний вошли расторжения международных контрактов и оспаривание санкций — процессы, которые не годятся на долгосрочную перспективу, но вполне подойдут для того, чтобы переждать нелегкие времена.

В целом же в практиках ILF сформировался и новый тренд — поворот на Восток, обусловленный укреплением политического и экономического сотрудничества с Китаем и странами АТР. Существует спрос на сопровождение трансграничных сделок и консультирование по вопросам ведения бизнеса на Востоке — направление, сравнительно новое для зарубежных юрфирм в России.

Возможности и опасности

Сказался кризис и на рынке труда правоведов. При этом далеко не все из них оценивают перемены негативно.

«Ситуация действительно неординарная: мы видим не отдельных хороших юристов, а целые команды, ушедшие в полном составе из крупных юрфирм», — поясняет Сергей Пепеляев. Такая ситуация дарует и новые возможности. Если у кого-то есть необходимость оперативного создания отдельных практик в рамках юрфирмы, то сейчас самое подходящее для этого время, добавляет он. Однако рассчитывать приобрести профессионалов со скидкой не приходится: на действительно хороших специалистов придется раскошелиться.

Побороться за кадры приходится и в консалтинге: в то время как переходить из одной компании в другую юристы не торопятся, миграция из консалтинга в инхаус заметна, отмечают в рекрутинговом агентстве Norton Caine Legal Recruitment.

Кандидатов на должности при этом оказывается значительно больше, чем вакансий: три четверти (76%) соискателей в правовой сфере нашли подходящее место за прошедшие полгода.

Падение экономики повлекло за собой и сокращение доходов значительной части юристов. Так, гонорары частнопрактикующих адвокатов (чья единственная клиентура — физические лица) упали сразу на 10–15%. Многие независимые юркомпании заморозили рост зарплат, а также сократили ежегодные планы премирования.

При этом рынок корпоративных юристов находится в более стабильном положении: хотя в рублях зарплаты и не растут, в компаниях используют бонусную систему поощрения. Такие бонусы, по данным Norton Caine Legal Recruitment, могут достигать 30–65% годового дохода.

Больше других повезло юристам международных компаний. Их компенсации, часто номинированные в иностранной валюте, автоматически возросли за счет роста доллара или евро к рублю.

Время учиться

Любой кризис — отличное время для получения новых знаний. Пока зарплаты правоведов падают, сохраняется стабильно высокий спрос на юридическое образование.

Каждый десятый молодой специалист сегодня — выпускник юрфака. Каждый год из российских вузов выпускается более 100 тыс. будущих судей, следователей, адвокатов и нотариусов. Ежегодный «прирост в профессии» — примерно один юрист на 1000 человек. Для сравнения: в США, где отмечается переизбыток выпускников юридических специальностей, этот показатель — один юрист на 7000 человек.

Самая прозаическая причина устойчивой популярности юридической профессии — высокий уровень доходов (см. таблицу). По данным Росстата за последние годы, средняя зарплата юриста стабильно в 2–2,5 раза выше, чем представителей большинства других профессий.

К тому же, получая на руки диплом о высшем юридическом образовании, выпускники могут выбирать дело по душе из широкого перечня специальностей. В частности, «корочка» правоведа открывает многим дорогу на госслужбу. Как следует из всех опросов общественного мнения, работа чиновника в нашей стране еще долго останется в списке желанных.

Публикации

Нодар Лахути, автор портала Право.Ru

Свежее исследование аналитиков из ALM Legal Intelligence изучает рынок юридического аутсорсинга на примере американских корпораций. Практика, которая экономит деньги и время, стала популярна во время кризиса, когда бюджеты юридических департаментов стремительно сокращались. Эксперты обещают приличный рост на этом рынке и в по итогам 2013 года, хотя в компаниях уже обнаружили не одну проблему, связанную с передачей работы на другой конец света.

К началу кризиса в 2008 году юридические департаменты многих крупнейших американских корпораций — например, General Electric и Microsoft — рутинно передавали часть своей работы на аутсорсинг в Индию. В период с 2004-го по 2009 г. объем работы, выполнявшийся для Microsoft в Индии, увеличился почти в 30 раз. При этом стоимость составляла не более 40%, по сравнению с аналогичным объемом услуг в США, иногда падая до 10-15%. Как рассказывал Мартин Шивли, отвечавший за работу с интеллектуальной собственностью в Microsoft, в 2008 финансовом году экономия составила около $6,5 млн. Спустя четыре года вопрос, стал ли кризис стимулом для большинства компаний последовать этому примеру, задают авторы исследования The 2013 Legal Process Outsourcing Survey.

Аналитики из ALM Legal Intelligence оговаривают, что не считают свой опрос всеобъемлющим, и подчеркивают, что полноценных данных о происходящем в этой части рынка просто не существует. Исследователи опросили сотни юридических отделов крупных компаний, из которых ответили лишь 77. Целью опроса было узнать, передают ли юридические департаменты работу «на сторону» (в том числе компаниям, не занимающимся напрямую правом), где находятся эти сторонние поставщики услуг, какого рода работу передают и по каким причинам, и как заказчики оценивают результаты. Вопросы были составлены так, чтобы отвечающие различали контрагентов, действующих внутри и за пределами США. Авторы подчеркивают, что, несмотря на недостаток данных, их работа позволяет сделать определенные выводы, поскольку результаты в основном совпадают с оценками аналитиков.

Читать еще:  Прямая реклама юридических услуг

Заграница им помогает

Оказалось, что 54% опрошенных обращались к сторонним компаниям, и в основным остались этим довольны: 26% определили свое отношение к результату сотрудничества как «весьма довольны», 41% — просто «довольны», 29% — «довольны в какой-то степени» и лишь 3% остались не удовлетворены опытом. Географическое распределение тоже весьма показательно: из всех сотрудничавших со сторонними компаниями 65% имели дело исключительно с представителями США и только 35% отправляли работу за рубеж. Из последних 64% выбрали Индию, а по 18% — Австралию и Филиппины.

Основным резоном для обращения к сторонним компаниям предсказуемо стало желание сэкономить (68% ответов). Дэвид Хечлер, журналист из издания Corporate Counsel, рассказывает, что говорил с несколькими представителями юридических департаментов корпораций, и все они ответили, что обратились к этой практике после начала кризиса. Среди других мотивов обращения к аутсорсингу называлось желание уменьшить сроки исполнения работы и просто «попробовать новое» в бизнесе.

Майкл Глейзер, президент Hire Intelligence, аутсорсиноговой компании, базирующейся в Далласе, но производящей всю работу на Филиппинах, объяснил, что час работы для его клиентов стоит от $39 до $48 — это существенно, иногда в разы, меньше, чем стоит работа младших юристов в юрфирмах и даже юристов на разовых контрактах. «Возможность прямо-таки кричала, что ей следует воспользоваться», — говорит Глейзер, открывший свое дело после опыта работы корпоративным юристом в компании, имевшей бизнес на Филиппинах: там работают люди, владеющие английским языком, знакомые с американской системой законодательства (Филиппины долгое время были колонией США) и стоящие заметно меньше, чем американские работники с аналогичным уровнем квалификации.

Самым популярным способом экономить, с другой стороны, оказалось не отдавать работу на сторону, а нанять местных работников в свой зарубежный офис — такой ответ дали 74% (на втором месте — 64% — попытка выторговать скидку на услуги юрфирмы в США). Возьмем пример Akamai Technologies Inc., компании, работающей в секторе облачных вычислений. «Для меня подсчеты были очень просты, — говорит Аарон Ахола, главный юрисконсульт компании. — На американских рынках зарплата штатного юриста доходит до $200 000 [в год], но оказалось, что за границей мы можем найти человека с аналогичными квалификацией и опытом, но гораздо дешевле».

Поэтому компания наняла трех юристов в Кракове, Польша, (где расположен центр разработок компании), которым поручен широкий круг юридических задач. Такой подход позволил Akamai Technologies избежать проблемы, которую чаще всего (44%) называли опрошенные в связи с аутсорсингом — «они не знакомы с нашим бизнесом». И хотя интеграция новых работников заняла некоторое время, теперь, на втором году сотрудничества, «они понимают бизнес-стратегию, а также знают своих коллег — не только в Польше, но и по всей компании», — говорит Ахола.

Трудности

Несколько неожиданно одной из трудностей при найме сторонних сотрудников были названы проблемы коммуникации. Зарубежные компании привлекают клиентов обещанием «работать, пока клиенты спят» — но именно разница во времени оказывается иногда препятствием для эффективного сотрудничества. Компания JDA Software Group Inc. передала немало работы в Индию, где компания ведет значительный бизнес. Хеб Донецки, заместитель главного юрисконсульта компании, не вполне удовлетворена результатами. «Часовые пояса могут стать настоящей проблемой, — говорит она. — Пусть современные средства коммуникации значительно упростили общение, с ходу обсудить неожиданно возникшую проблему по-прежнему непросто».

Компания передала в Индию наиболее простую, рутинную часть работы, например, подготовку соглашений о неразглашении информации. Тем не менее, она столкнулась с рядом проблем, связанных с персоналом сторонней компании. Во-первых, это была текучка кадров — большинство сотрудников уходили в течение полутора лет, из-за чего приходилось обучать все новых и новых людей. Во-вторых, это дефицит компетентных менеджеров. JDA Software Group была вполне довольна работой менеджера их проекта, но менеджер занималась не только им, но и рядом других проектов для нескольких клиентов.

После трех лет экспериментов JDA Software Group пришла к простому решению — она наняла «своего» менеджера, для работы в индийском офисе. Таким образом решились обе проблемы — новый менеджер занимается только делами своего работодателя, но, будучи в стране, где работает сторонний поставщик услуг, не имеет проблем с часовыми поясами.

Проще — лучше

Логично, что сторонним компаниям передают именно самую простую работу. С этим согласен и Эрнст Клотье, главный юрисконсульт Iron Mountain Inc., компании, чей бизнес — управление информацией. Его компания не участвует в большом числе гражданских исков, зато нередко поглощает своих конкурентов, поэтому заключает немало контрактов в рамках сделок слияний и поглощений, что, в свою очередь, требует большого объема работ по юридической экспертизе — due diligence. В Индии Iron Mountain держит более 600 сотрудников для заданий, не требующих юридического образования — главным образом по причине дешевизны персонала. И дела идут настолько хорошо, что Клотье ожидает удвоения объема работы, отправляемой в Индию, в ближайшие пять лет.

Юридический департамент, которым руководит Клотье, рассматривал возможность передачи за рубеж и более сложных задач, например, работы с клиентскими контрактами. «Мы сочли, что риски превосходят потенциальные финансовые и административные выгоды, — объясняет Клотье решение этого не делать. — Отношения с клиентами жизненно важны для нашей компании, поэтому было решено ограничиться услугами штатных юристов Iron Mountain, получивших образование и опыт переговоров в США».
Чаще всего передают сторонним поставщикам услуг работу, связанную с гражданскими исками, рассказывают авторы исследования. За ней следуют обзор документов, работа со стандартными контрактами (вроде вышеупомянутых «соглашений о неразглашении») и подготовка информации и управление портфолио в области авторских прав.

А почему нет?

Из 46% респондентов, ответивших, что их компания не обращалась к сторонним поставщикам услуг, подавляющее большинство — 91% — указали, что такой вариант даже не рассматривался всерьез. Можно было бы предположить, что главной причиной будет беспокойство о безопасности информации. Но это оказалось не главной причиной — первое место с 58% заняли ответы «нас волнует контроль качества работы» и «мы считаем, что экономия не стоит хлопот». Еще четверть отметила в опросе пункт «другое» — в комментариях часть ответивших указали, что их работа просто не подходит для передачи другим людям.

В некоторых случаях компания уже приняла решение отказаться от сторонних услуг, хотя вынуждена пока ими пользоваться, видимо, в силу контрактных обязательств или незавершенности текущего проекта. Один из юристов, попросивший не называть своего имени, — чтобы не испортить преждевременно отношения с партнером, — объяснил, что опыт сотрудничества «не принес буквально никакой пользы». Сторонний партнер занимался самыми базовыми документами, — в основном лицензиями на программное обеспечение и соглашениями об использовании «облачных услуг», — но преувеличил свои возможности. Например, не заметил в тексте контракта т.н. «most favored customer clause» — пункт, гарантирующий клиенту лучшую цену из всех предлагаемых, которого в контракте вообще не должно было быть. В конце концов одному из штатных сотрудников пришлось делать всю работу заново. Помимо прочего, этот случай показывает, что качество услуг необязательно зависит от места регистрации — «сторонний партнер» был американской компанией.

Прогнозы

Из представителей компаний, использовавших обсуждаемую практику, большинство (29%) считают, что масштаб сотрудничества с внешними партнерами не изменится в ближайшие три года. Вторым по популярности ответом (18%) было «не знаю».

Из тех опрошенных, что не отдавали работу на сторону, 91% ответили, что не намерены прибегать к этой практике и в будущем. Но, по мнению Майкла Глейзера, главного юрисконсульта Hire Intelligence, это не только проблема, но и возможность. Однако он понимает осторожность юристов: юрфирмы опасаются, что их бизнес будет в значительной части «съеден» сторонними компаниями, а юридические департаменты, хотя и не прочь сэкономить, не хотят отвечать за чужие ошибки.

С ним более чем согласен Ачиит Сетураман, аналитик из консалтинговой фирмы Beroe Inc., специализирующейся в области сторонних юридических услуг. Он считает, что бизнес в этой области вырастет в 2013 году на 28% и продаст услуг на $1,5 млрд. «Похоже, главная проблема — страх нового, а не какие-либо продуманные аргументы против», — вторит Роберт Гогель, глава компании Integreon, предлагающей услуги стороннего поставщика в разных регионах мира, как в США, так за их пределами. Хотя он удивлен, что многие не готовы расширять сотрудничество со сторонними компаниями, — его клиенты, напротив, с радостью передадут в будущем больше работы, — он настроен оптимистически. «Те, кто уже воспользовался сторонними услугами, остались довольны, — продолжает он. — Опасения оставшихся 46% можно преодолеть».

Источник: портал Право.Ru.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector